Аутизм как способ жить и парадигма
нейроразнообразия

Диагноз «аутизм» в массовом сознании по-прежнему
остается клеймом наподобие психопатии или умственной отсталости. Читать далее →


Всемирная организация здравоохранения
характеризует психическое здоровье как состояние благополучия, при
котором человек может реализовать свой собственный потенциал, справляться с
обычными жизненными стрессами, продуктивно и плодотворно работать, а также
вносить вклад в жизнь своего сообщества
 и выделяет следующие его
критерии:

— осознание и чувство непрерывности, постоянства и
идентичности своего физического и психического «Я»;
— чувство постоянства и идентичности переживаний в однотипных ситуациях;
критичность к себе и своей собственной психической продукции (деятельности) и
ее результатам;
— соответствие психических реакций (адекватность) силе и частоте средовых
воздействий, социальным обстоятельствам и ситуациям;
— способность самоуправления поведением в соответствии с социальными нормами,
правилами, законами;
— способность планировать собственную жизнедеятельность и реализовывать эти
планы;
— способность изменять способ поведения в зависимости от смены жизненных
ситуаций и обстоятельств.

В узком смысле под психическим здоровьем понимают отсутствие
психических аномалий, классификацию которых предложил немецкий психиатр Эмиль
Крепелин:

1) психозы –тяжелые душевные заболевания, бытовым языком
«сумасшествие»;
2) психопатии, представляющие собой не  болезнь, а аномалии характера; в
настоящее время вместо слово «психопатия» употребляют термин «личностное
расстройство»;
3) неврозы – легкие психические расстройства;
4) слабоумие.

Также в отечественной медицине употребляется
термин пограничное состояние, под которым
подразумеваются нерезко выраженные нарушения, граничащие с состоянием
здоровья и отделяющим его от собственно патологических психических
нарушений
. При этом необходимо отличать понимание пограничной
психопатологии в отечественной психиатрии от понимания аналогичного термина в
психоаналитическом подходе, где пограничному уровню развития психики отводится
место на границе между психотическим и невротическим уровнями.

В дополнение к понятию психическое
здоровье
 И. В. Дубровина предложила концепцию психологического
здоровья
, под которым понимаются психологические аспекты
психического здоровья — то, что относится к личности в целом, с высшими
проявлениями человеческого духа
.

Если для психического здоровья за норму
принимают отсутствие патологии, отсутствие симптомов, мешающих адаптации
человека в обществе, то для психологического здоровьянорма — это,
наоборот, присутствие определенных личностных характеристик, позволяющих не
только адаптироваться к обществу, но и, развиваясь самому, содействовать его
развитию. Альтернатива норме в случае психического здоровья — это болезнь.
Альтернатива норме в случае психологического здоровья — не болезнь, а
отсутствие возможности развития в процессе жизнедеятельности, неспособность к
выполнению своей жизненной задачи.

Автор концепции «психологического здоровья» описывает три
его уровня:

1) К высшему уровню психологического здоровья — креативному
— можно отнести людей с устойчивой адаптацией к среде, наличием резерва сил для
преодоления стрессовых ситуаций и активным творческим отношением к
действительности, наличием созидательной позиции. Такие люди не нуждаются в
психологической помощи.

2) К среднему уровню — адаптивному — отнесем людей, в целом
адаптированных к социуму, однако имеющих несколько повышенную тревожность.
Такие люди могут быть отнесены к группе риска, поскольку не имеют запаса
прочности психологического здоровья.

3) Низший уровень — это дезадаптивный, или
ассимилятивно-аккомодативный. К нему можно отнести людей с нарушением баланса
процессов ассимиляции и аккомодации и использующих для разрешения внутреннего
конфликта либо ассимилятивные, либо аккомодативные средства.

Ассимилятивный стиль поведения характеризуется прежде всего
стремлением человека приспособиться к внешним обстоятельствам в ущерб своим
желаниям и возможностям. Неконструктивность его проявляется в его ригидности, в
попытках человека полностью соответствовать желаниям окружающих.

Аккомодативный стиль поведения означает использование
активно-наступательной позиции, стремление подчинить окружение своим
потребностям. Неконструктивность такой позиции заключается в негибкости
поведенческих стереотипов, преобладании экстернального локуса контроля,
недостаточной критичности.

Люди, отнесенные к данному уровню психологического здоровья,
нуждаются в индивидуальной психологической помощи.

Характеристики психологически здорового человека:

— спонтанность и творчество, жизнерадостность, открытость,
самопознание и познавание окружающего мира не только разумом, но и чувствами,
интуицией;

— принятие самого себя и признание ценности и уникальности
окружающих людей;

— ответственность за свою жизнь и извлечение уроков из
неблагоприятных ситуаций;

— наполненность жизни смыслом, хотя человек не всегда
формулирует его для себя;

— постоянное развитие и способствование развитию других
людей;

— жизненный путь может быть не совсем легким, а иногда
довольно тяжелым, но человек хорошо адаптируется к быстро изменяющимся условиям
жизни;

— способность находиться в ситуации неопределенности,
доверие тому, что будет завтра.

Автор: Гришина Елена Александровна

Источник: http://psypress.ru/articles/


Синестезией естественного происхождения называется
индивидуальная особенность перцептивного реагирования, которая заключается в
том, что реакции на соответствующие стимулы, например, прослушивание музыки или
восприятие букв, с самого раннего детства сопровождаются непроизвольным,
постоянным и неизменным переживанием дополнительного (т.е. неприсущего
физическим свойствам стимулов) сенсорного качества, такого как ощущение вкуса,
цвета, запаха, ощущения объемности и т.п. При этом стимулы, в ответ на
восприятие которых возникает особое синестетическое переживание,
характеризуются системной организацией: символические
системы(букв, звуков речи, нотных знаков), понятия, имена,
названия (например, дней недели, месяцев), упорядоченные человеком явления
действительности (музыка, кулинарные блюда), собственные состояния (эмоции,
виды боли) и другие группы явлений (сенсорные эталоны или «категорий
опыта»). Лиц, восприятие которых отмечено синестетическими реакциями,
называют синестетами.

В отечественной психологии синестезия естественного
происхождения известна по исследованию, проведенному А.Р. Лурия в 1920–50-х гг.
«Маленькая книжка о большой памяти (Ум мнемониста)» — короткое, но
захватывающее психобиографическое повествование о Соломоне Шерешевском,
обладателе уникальной памяти и синестете с множественными разновидностями этого
явления.

Всего разновидностей синестезии насчитывается более
60. Графемно-цветовая синестезия — наиболее часто изучаемый
тип синестезии, который, по результатам демографических исследований,
встречается у 1% населения. При графемно-цветовой
синестезии стимулами служат буквы (иногда и цифры) в рукописном,
начертательном и печатном виде, т.е., в виде графем. Данная
разновидность (тип) синестезии проявляется при восприятии или вызове из памяти
(«промысливании») графического изображения букв (и цифр), а в качестве реакций
служит ощущение цвета или нескольких цветов, не связанное с физическими
цветовыми свойствами предметов реальности, т.е., не определяемое цветом шрифта
самих графем. При графемно-цветовом типе синестезии восприятие стимулов
сопровождается непроизвольно и неразрывно включенным в это восприятие ощущением
цвета со строгим и постоянным соответствием «буква — цвет».

Большое число вопросов в исследованиях синестезии пока не
нашли своего разрешения. Наиболее отчетливо противоречивый психологический
статус синестезии естественного происхождения прослеживается в том, какое место
среди других психологических явлений современные исследователи отводят данному
феномену. В частности, синестезия естественного происхождения может
определяться как явление перцептивно избыточного или даже патологического
характера, но, с другой стороны, часто относится исследователями к проявлениям
творческой активности, предположительно, связанной со способностями, присущими
исключительно человеку как виду.

Также нет окончательных выводов по проблеме связи врожденной
синестезии (синестезии естественного происхождении) и синестезии, которой
обладают все люди без исключения в качестве особого процесса, лежащего в основе
познания и творчества. Тем не менее, представления о синестезии используются во
многих научных и практических сферах: от лингвистики и эстетического воспитания
до дизайна, кинематографа и искусства мультимедиа.

Автор текста: А.В. Сидоров-Дорсо

Литература

  • Сидоров-Дорсо, А. В.
    Современные исследования синестезии естественного развития // Вопросы
    психологии. — 2013. — № 4. — С. 147-158.
  • Все о
    синестезии. Lookatme
  • Лурия, А.Р. Маленькая книжка о
    большой памяти / А.Р. Лурия. — М.: МГУ, 1968. — 88 с.
  • Рамачандран, В. Звучащие краски и вкусные прикосновения / В. Рамачандран, Э.
    Хаббард // В мире науки. — 2003. — №8. — С. 47-53.

  • Вебсайт Российского сообщества
    синестетов: synaesthesia.ru
  • Источник: http://psypress.ru/articles/


    Общение подростков с использованием современных
    информационно-коммуникационных технологий и связанные с ними изменения в
    процессе взросления — сегодня не только предмет педагогических дискуссий, но и
    исследовательский тренд. Об особенностях развития современного поколения
    сложилось много обывательских мифов. Но для того, чтобы взрослый всегда мог
    помочь ребенку взрослеть, важно знать факты, которые достоверно известны
    ученым. О них рассказывает эксперт Ассоциации организаций по развитию
    гуманистической психологии в образовании, педагог-психолог Городского
    психолого-педагогического центра Анастасия
    Кузнецова
    .

    1. Онлайн и офлайн пространства для современного ребенка
    неразделимы. Они составляют единое целое.

    Это аксиома, которую взрослые просто должны принять. Сегодня
    все еще можно услышать, что дети с головой ушли в виртуальную реальность, их
    необходимо «спасать», возвращая в мир реального общения. В этой позиции
    заложено противопоставление реального и виртуального пространств, которое
    естественно для большинства взрослых, но абсолютно противоестественно для
    цифрового поколения. Поэтому «оградить, запретить, ограничить, отключить» —
    методы заведомо неэффективные (а порой даже вредные и опасные), так как они
    исходят из заблуждения.

    2. Присутствие подростка в Сети, большей частью, связано с
    общением

    Даже когда он играет, просматривает видео, слушает музыку,
    он одновременно с этим общается: отправляет ссылки, делает комментарии и
    реагирует на них, ставит и получает оценки. По своей природе общение — обмен
    познавательной, эмоциональной, оценочной информацией. В подростковом возрасте
    оно развивается особенно интенсивно, приобретает новое содержание и новые
    формы. В процессе общения сознание подростка достигает новых уровней развития,
    изменяется организация его внутреннего мира. Следовательно, не запрет на
    общение, а формирование его культуры с малых лет – лучшая «прививка» от
    реальных и виртуальных рисков.

    3. Общение современных подростков происходит одновременно в
    нескольких социальных кругах

    Разговаривая «вживую», например, с одноклассниками,
    подростки в то же самое время общаются с друзьями по Сети, приятелями из
    другого города или летнего лагеря. События с участием одной компании становятся
    предметом обсуждения с членами другой подростковой группы или нескольких групп
    сразу. Делая уроки, подросток слушает музыку, отвечает на сообщения,
    договаривается о встрече, скачивает видео, реагирует на происходящие события,
    размещает фотографии… Из этих действий создаются круги общения, в которых
    ребенок занимает определенные позиции. От его непосредственной активности
    зависит, как будут развиваться события, его собственный статус в тех или иных
    сообществах.

    Пространства общения, с одной стороны, тесно переплетены
    между собой, с другой – при необходимости взаимозаменяемы: не получилось «быть
    своим» в одном сообществе — всегда можно «переключиться» на другое. В
    частности, это делает виртуальное общение для подростка более привлекательным
    по сравнению с реальным, где для завоевания авторитета, построения дружеских и
    доверительных отношений нужно приложить много усилий. Создание реальных «мест»
    и событий, где ребенок может учиться строить отношения и управлять ими –
    эффективный способ профилактики «ухода» в виртуальную реальность.

    4. Смена режимов онлайн/офлайн, переход из одного состояния
    в другое зависит, в основном, от значимости событий, которые происходят вокруг
    подростка

    Если что-то по-настоящему важное происходит в реальном
    общении, ребенок легко прерывает виртуальное. И наоборот, как только ему
    становится скучно в офлайн, он подключается к Сети, где всегда «какая-то
    движуха». Способность взрослых чувствовать потребности и интересы ребенка,
    своевременно реагировать на их развитие, позволяет создавать «движуху» в
    реальной жизни, поддерживая тем самым баланс онлайн/офлайн.

    5. Социальные сети делают доступными для контакта миллиарды
    людей

    Их профили пестрят фото и видео фактами красивой жизни и
    впечатляющих событий, как правило, недоступных подросткам в реальной жизни. В
    связи с этим у современных подростков резко возрастает потребность в
    переживании собственной уникальности. Ученые предполагают, что «опасные селфи
    за лайки» — один из способов удовлетворения этой потребности. Личный контакт с
    близкими и значимыми людьми, определенность в их отношении к подростку –
    ресурсы, которые позволяют ребенку сохранять стабильность в неустойчивом и
    неопределенном мире.

    Статья подготовлена на основе обзора научных публикаций Центра исследований
    современного детства НИУ ВШЭ

    Источник: http://psypress.ru/articles/